Web rodari.ru




Джанни Родари

Джельсомино в Стране Лгунов

Оглавление




Глава двенадцатая,
в которой Цоппино читает газету и узнает из нее скверные новости

   На другой день рано утром Бананито захватил мольберт и кисти и,  полный
творческих замыслов, вышел на улицу. Ему не  терпелось  поскорее  показать
свое  искусство  людям.  Джельсомино  еще  спал,  и  провожать   художника
отправился только  Цоппино.  По  дороге  котенок  дал  Бананито  несколько
советов.
   - По-моему, лучше всего рисовать цветы. Я уверен, что если  ты  начнешь
продавать их, то вернешься домой  с  целым  мешком  фальшивых  денег,  без
которых никак не обойтись в этой дурацкой стране. Старайся рисовать цветы,
которые еще не распустились и которых нет в цветочных магазинах. И еще  об
одном  не  забудь  -  ни  в  коем  случае  не  рисуй  мышей.  Иначе   всех
покупательниц распугаешь. Я говорю это для твоей же пользы. Меня-то  мыши,
сам понимаешь, вполне устроили бы!
   Расставшись с Бананито, Цоппино купил газету.
   "Джельсомино,  наверное,  будет  интересно  узнать,  что  пишут  о  его
концерте", - подумал он.
   Газета называлась "Вечерняя ложь" и, понятно, вся состояла из ложных  и
настоящих, но вывернутых наизнанку новостей.
   В газете была, например, заметка, которая называлась  "Блестящий  успех
бегуна Персикетти". В ней говорилось:
   "Известный чемпион по бегу в  мешках  Флавио  Персикетти  пришел  вчера
первым на десятом этапе гонки вокруг королевства, опередив на десять минут
Ромоло Барони, пришедшего вторым, и на  тридцать  минут  пятьдесят  секунд
Пьеро Клементини, пришедшего третьим. Группу бегунов,  стартовавшую  часом
позже, в последнюю минуту опередил Паскуалико Бальзимелли".
   "Что же здесь странного? - удивитесь  вы.  -  Бег  в  мешках  такое  же
спортивное состязание, как и всякое другое, только гораздо  веселее,  чем,
скажем, велосипедные или автомобильные гонки".
   Все это верно, но все читатели "Вечерней лжи" прекрасно знали,  что  на
самом деле никакого состязания не было и в помине,  а  Флавио  Персикетти,
Ромоло Барони, Пьеро Клементини и Паскуалино Бальзимелли никогда  в  жизни
не забирались в мешки и не видели бега наперегонки даже во сне.
   На  самом  деле  все  происходило  так.  Каждый  год  "Вечерняя   ложь"
устраивала состязание  по  бегу  в  мешках  по  этапам.  Победить  в  этом
состязании было не так-то просто. Самые тщеславные люди, жаждавшие увидеть
свое имя в газете, платили "Вечерней лжи" за то, чтобы она записала  их  в
число участников состязания.
   А чтобы стать победителем на каком-нибудь этапе, нужно было еще  каждый
день вносить определенную сумму. Таким образом, побеждал тот,  кто  платил
больше всех. Тут уж газета не скупилась на описание героя и, рассыпаясь  в
похвалах, изображала победителя сверхчемпионом.
   Понятно, что к финишу участники состязания приходили в том же  порядке,
в каком росли их денежные взносы.
   В те дни, когда взносы  эти  казались  газете  слишком  скромными,  она
мстила участникам состязания, говоря, что они спят  на  ходу,  что  не  те
пошли бегуны,  что  состязание  превратилось  в  сплошной  скандал  и  что
чемпионы, вроде Персикетти или Барони, должны серьезно отнестись к бегу на
оставшихся этапах, если еще хотят сохранить симпатии публики.
   Синьор  Персикетти  был  владельцем  кондитерской  фабрики,  и   каждое
упоминание его имени в газете служило ему рекламой для его конфет. Так как
синьор Персикетти был невероятно богат, то  он  почти  всегда  прибывал  к
финишу первым, намного опережая других. У финиша, как писала  газета,  ему
устраивали чествования, подносили цветы, целовали... А по ночам под окнами
его гостиницы собирались болельщики,  чтобы  петь  ему  серенады.  Так  по
крайней мере говорилось в газете. Вы, конечно, понимаете, что  болельщики,
которые ни за кого не болели и не умели играть даже на барабане, на  самом
деле преспокойно похрапывали в своих постелях.
   На той же  странице  газеты  Цоппино  увидел  и  такой  заголовок:  "Не
страшная трагедия на улице Корнелии. Пять человек  не  умирают,  и  десять
других не ранены". В сообщении говорилось:
   "Вчера на десятом километре улицы Корнелии два автомобиля,  двигавшиеся
не с большой скоростью в противоположных направлениях, не  столкнулись.  В
столкновении, которого не  было,  не  убито  пять  человек  (перечислялись
имена). Другие десять человек не ранены, поэтому не пришлось отправить  их
в больницу (перечислялись имена)".
   Это сообщение,  к  сожалению,  было  не  ложным,  а  только  вывернутым
наизнанку. В действительности все произошло совсем наоборот.
   Точно так же газета писала и о концерте Джельсомино.  Из  статьи  можно
было узнать, например, что "знаменитый певец за весь концерт  не  проронил
ни звука". Газета  помещала  также  фотоснимок  развалин  театра  с  такой
подписью: "Как читатель может видеть своими ушами, с театром ровно  ничего
не случилось".
   Читая "Вечернюю ложь", Джельсомино и Цоппино порядком  развеселились  и
смеялись до упаду. В газете была даже литературная  страница,  где  друзья
обнаружили вот такое стихотворение:

   В Пистойе как-то повар
   Беседовал с лисой:
   "Ах, если бы ты знала,
   Куда вкуснее сала
   Бульон из одеяла,
   Когда его хлебают
   Лопатою большой!
   Ах, если бы ты знала,
   Как пользы людям мало
   Дает зубная паста!
   Тебе ведь нипочем,
   Что зубы можно чистить
   Железным молотком!
   Ну вот и все. И баста".

   - Тут нет ответа лисы, - заметил Цоппино, - но я  отлично  представляю,
как ей стало смешно.
   В этот день на последней странице газеты в конце последней колонки было
помещено короткое сообщение со скромным заголовком "Опровержение".
   Джельсомино прочел его:
   "Категорически отрицается, что сегодня в три  часа  ночи  в  Колодезном
переулке полиция арестовала синьору  тетушку  Панноккью  и  ее  племянницу
Ромолетту. Эти две особы не  были  отправлены  около  пяти  часов  утра  в
сумасшедший дом, как полагают некоторые". И подпись: "Начальник полиции".
   - Начальник лгунов! - воскликнул Цоппино. - А эта заметка означает, что
обе они, бедняжки,  сидят  сейчас  в  сумасшедшем  доме.  Ах,  сердце  мне
подсказывает, что это случилось из-за меня!
   - Смотри, - перебил его Джельсомино, - еще одно опровержение. Прочти-ка
его.
   На этот раз опровержение прямо касалось Джельсомино. В нем говорилось:
   "Неправда, что полиция разыскивает знаменитого певца  Джельсомино.  Для
этого у полиции нет ни малейшего основания, потому что Джельсомино  совсем
не обязан отвечать за ущерб, причиненный им городскому театру. Каждый, кто
узнает, где скрывается Джельсомино, не должен сообщать об этом полиции под
страхом сурового наказания".
   - Дело дрянь! - решил котенок. - Тебе,  Джельсомино,  лучше  теперь  не
показываться на улице. А за новостями отправлюсь я.
   Джельсомино не очень-то улыбалось отсиживаться  дома,  но  Цоппино  был
прав. Когда он ушел, Джельсомино растянулся на кровати и  решил,  что  ему
остается  набраться  терпения  и  волей-неволей  провести  весь   день   в
праздности.

Глава 13>>

<<Вернуться к оглавлению