Web rodari.ru




Джанни Родари

Путешествие Голубой стрелы

Оглавление




Глава двенадцатая. Бронзовый памятник

   Тысяча   китов-велосипедистов!   --  растерянно  пробормотал
Полубородый Капитан. --  Никогда  мне  не  приходилось  видеть,
чтобы Памятник скакал по улице, как на бегах!
   --  Да, это не часто увидишь, -- засмеялся Памятник. -- Я не
могу ездить по  улицам,  когда  хочу.  Но  иногда  я  не  прочь
прогуляться.
   -- Конечно, ведь быть Памятником не очень-то весело.
   --  Ну нет, я бы не сказал. Некоторое удовлетворение мы тоже
получаем. В городе мы важные персоны. Прежде всего  вокруг  нас
должна быть площадь, несколько деревьев и хотя бы пара скамеек.
На  скамейках  нищие  могут  подышать свежим воздухом летом или
погреться на солнышке зимой. А, кроме того, нас  обычно  ставят
на   высокие   пьедесталы,   окруженные  ступеньками.  На  этих
ступеньках играют дети. Мы, памятники, тоже приносим  пользу  и
поэтому  не  жалуемся  на  свою  судьбу.  Однако иногда неплохо
размять ноги хорошей прогулкой. Мне такое счастье выпадает раза
два в год, когда  случается  чтонибудь  необыкновенное.  В  эту
ночь,  например,  марш  оркестра  стрелков... Если бы я не знал
совершенно точно, что сделан из бронзы, я готов был бы  держать
пари, что кровь в моих жилах потекла вдвое быстрее.
   -- А что произошло, когда вы в последний раз прогуливались в
свое удовольствие? -- спросил Полубородый.
   Собеседникам было довольно трудно понимать друг друга. Чтобы
Памятник  лучше  слышал,  Полубородый забрался на самую высокую
мачту своего парусника и ежеминутно рисковал упасть и разбиться
о палубу.
   Памятник немножко замешкался с ответом: возможно, он не  мог
сразу  вспомнить.  Кто  знает,  как работает память у бронзовых
памятников...
   -- Это, -- заговорил он наконец, -- было месяцев шесть  тому
назад.  Помню,  было  воскресенье.  На  площади собралось много
людей.
   -- И все видели, как вы гуляете?
   -- Нет, прогулка состоялась позже. Дайте же мне  рассказать!
Собралось  много  народу,  и  все они кричали. Сначала я не мог
понять,  чего  они  хотят,  но  потом  слова  стали  доноситься
отчетливее.  И  когда  я  разобрал,  что  они кричали, клянусь,
сердце забилось у меня в груди. "Вон из Италии! -- кричали они.
-- Прочь, иностранец!" Черт возьми, ведь это когда-то  был  мой
победный  клич!  Мне  казалось,  что я вот-вот закричу вместе с
ними: "Прочь, иностранец!  Прочь,  иностранец!"  Вот  как  было
дело.
   -- На этом все кончилось?
   --  Нет,  самое главное впереди. Пока люди кричали, приехали
карабинеры. Я, конечно, не испугался их,  но  люди  на  площади
стали  разбегаться  в  разные  стороны. Только один остался. Он
взбежал по ступенькам пьедестала, вскарабкался на моего скакуна
и принялся кричать: "Вон, иностранец!" "Молодец, -- думал я про
себя. -- Видно, это настоящий патриот. Его непременно  наградят
медалью..."
   Памятник замолчал.
   -- Ну, и дали ему? -- спросил Полубородый.
   -- Что?
   -- Медаль.
   -- Какая там медаль, его посадили в тюрьму! Я не верил своим
бронзовым   глазам.   На  него  надели  кандалы  и  увели.  Мое
негодование было  так  велико,  что,  сам  не  заметив  как,  я
спустился  с пьедестала и галопом помчался по улице. Прежде чем
я понял, что со мной происходит, я уже очутился перед тюрьмой.
   -- И вы увидели вашего друга?
   -- Да, я разглядел его в окошке  на  третьем  этаже.  Окошко
было  такое маленькое, что виднелись только его глаза и нос. Но
я сразу узнал его взгляд и голос,  когда  он  окликнул  меня...
Послушайте,  мне  пришла  в голову неплохая мысль. Что, если он
еще там?
   --  Но  прошло  уже  шесть  месяцев,  его   уже,   наверное,
освободили.
   --  Пойдемте посмотрим: тут всего два шага. Тюрьма находится
в конце этой аллеи. Пойдемте, это будет неплохой сюрприз нашему
пленнику...  Потом  вы  отправитесь  дальше,  а  я  вернусь  на
пьедестал.
   И  Машинист  полным  ходом  повел  Голубую  Стрелу в сторону
тюрьмы,  которая  виднелась  невдалеке,  серая  и  огромная,  с
сотнями черных узких дыр вместо окон.
   -- Никого не видно, -- сказал Памятник, внимательно осмотрев
все этажи.
   -- Давайте я посмотрю, -- сказал Сидящий Пилот.
   И вот он уже летит на высоте крыши и внимательно осматривает
окошко за окошком. В камерах было полно заключенных, но Сидящий
Пилот никого из них не знал. К счастью, на помощь пришла лошадь
Памятника: она звонко заржала.
   --  Молодец,  -- воскликнул Памятник, -- ты тоже вспомнила о
нашем друге!
   На этот раз из окошка третьего  этажа  сразу  же  высунулось
исхудалое лицо.
   -- Привет! -- закричал Памятник, узнав заключенного.
   -- Привет! А я-то думал, что ты являлся мне во сне.
   -- А вот и не во сне! Так тебя все еще не освободили?
   --  А-а-а,  здесь  такая же история, как в книге о Пиноккио:
воры выходят из тюрьмы, а патриоты остаются. Мне  жаль  только,
что  в эту новогоднюю ночь я нахожусь далеко от моей семьи. Мой
мальчик ждет, конечно, подарка Феи, но какой  подарок  я  смогу
ему послать? Здесь нет игрушек.
   -- Нет? А мы что такое? -- воскликнул тогда Сидящий Пилот.
   Заключенный   прищурился   и   увидел   маленький  аэроплан,
порхавший перед его глазами, потом он посмотрел вниз  и  увидел
Голубую  Стрелу  и  ковбоев,  гарцевавших  на  снегу  на  своих
лошадях, которые с высоты казались маленькими мышатами.
   Заключенный вздохнул:
   -- Ах, если бы здесь был мой сынок!
   -- А кто из нас, по-вашему, ему бы  понравился?  --  спросил
Кнопка, которого осенила новая идея.
   "В  конце концов, -- подумал он, -- не обязательно всем идти
к Франческо. Многие дети остаются без подарков, и нам не мешало
бы разделиться, чтобы понемногу порадовать всех".
   -- Не знаю, -- смутившись, ответил заключенный, --  когда  я
был дома, он очень любил запускать бумажного змея.
   --  Тогда ему, без сомнения, понравится змей, который летает
без ниток! -- воскликнул Сидящий Пилот.
   -- Что вы этим хотите сказать?
   -- Хочу сказать, что, если вы дадите  ваш  адрес,  я  полечу
туда  и  приземлюсь на подушку вашего сына, как на самый лучший
аэродром.
   На этот раз Сидящий Пилот побил рекорд доброты.
   Тут совершенно неожиданно Памятник разразился смехом.
   --  Прекрасно,  --  воскликнул  он  сквозь  смех,  --   меня
повысили!  Меля повысили в должности! Я был простым памятником,
а стал Феей, которая разносит подарки!
   -- Ну, как, -- напомнил Сидящий Пилот, -- вы дадите мне  ваш
адрес?
   --  Я... ну конечно, конечно! -- заторопился заключенный. --
Летите по этой аллее, потом  свернете  направо  и  долетите  до
самого  холма;  сделайте  круг над холмом и увидите дом с тремя
трубами.  Самая  низкая  труба  --  от  моего  камина.  Вы   не
ошибетесь!
   Сидящий  Пилот  повторил  адрес,  чтобы лучше запомнить его,
попрощался со всеми и приготовился к полету.
   Во время этого разговора кукле Пере, по правде сказать, было
очень грустно. Вы  помните  ее?  Это  она  не  сводила  глаз  с
Сидящего  Пилота,  а он даже не замечал этого. А сейчас Сидящий
Пилот собирается улетать, и она никогда больше его  не  увидит.
Слезы  выступили  у  нее  на  глазах.  Но  она собрала все свое
мужество и крикнула:
   -- Синьор заключенный, а дочери у вас нет?
   -- Есть, но она еще очень мала  и  не  понимает,  что  такое
подарки.
   -- Но ведь она вырастет! И вырастет без подарков. Хороший же
вы отец: совсем не беспокоитесь о вашей дочери!
   Серебряное  Перо  вынул трубку изо рта и в первый раз за все
время рассмеялся.
   Это было настолько странно, что все  обернулись:  никто  еще
никогда   не  видел,  чтобы  он  смеялся.  Ведь  известно,  что
краснокожие никогда не смеются.
   -- Кукла Нера обманывать. Она хочет лететь с Сидящий Пилот.
   Кукла Нера была чернокожей, но она так покраснела, что  чуть
не превратилась в краснокожую.
   Сидящий   Пилот   рассмеялся,   сделал  круг  над  площадью,
подхватил на лету куклу Неру, посадил ее в кабину и крикнул:
   -- Вот кукла для вашей девочки! Можете не сомневаться: когда
она вырастет, кукла ей понравится.
   И самолет с рокотом умчался вдаль.
   Так мы расстались с этим симпатичным героем. Расстаемся мы и
с заключенным, потому что пришел  надзиратель  и  заставил  его
отойти  от  окна.  Расстаемся  и со старым Памятником, который,
проводив наших друзей, вернулся на свою площадь.
   Сколько расставаний! Наверно, к концу путешествия, когда  мы
приедем к двери Франческо, нас останется очень мало.
   Но  тес  --  мы  же  еще  не  приехали. Кнопка отыскал след.
Голубая Стрела мчится вперед. А кто это  зловеще  улыбается  за
ветками деревьев? Кто следует по пятам за нашими друзьями?

Глава 13>>

<<Вернуться к оглавлению